Глава 488. Решение вьетнамского вопроса

Предыдущая | Следующая


Вскоре отдел Соколиный Глаз был создан, и Юэ Чжун направил туда достаточное количество мастеров, а также материальных средств, чтобы ускорить и настроить работу нового подразделения. Каждая страна или власть имела свои спецслужбы, однако Юэ Чжун только после случившегося инцидента задумался над организацией таковой на своей территории.

После создания и налаживания работы отдела Соколиный Глаз Юэ Чжун направил его сотрудников на проведение расследования, а также на поиск любой информации о подосланных убийцах. Тем не менее, вьетнамские выжившие Лангшона хоть и не осмеливались открыто критиковать или провоцировать Юэ Чжуна, на самом деле были абсолютно равнодушны к покушению на него и молчали на вопросы о террористах, не собираясь помогать в поисках. Другими словами, это был акт ненасильственного гражданского неповиновения.

Ради выживания и еды вьетнамцы готовы были работать на заводах и усердно трудится для производства различных товаров. Хоть они и питали отвращение к оккупировавшим их китайцам, перед лицом штыков и пушек никто из них не осмеливался говорить об этом вслух, тем не менее, в своем сердце они все также хранили непокорность. Как-никак оружие могло их убить, но от крамольных мыслей оно было не способно избавить.

[перевод подготовлен командой сайта darklate.ru]

На большом диване в одной из комнат богатой виллы Юэ Чжуна вместе с ним расположились красивая зрелая Синь Цзяжоу, ее дочка Му Сянлин, малышка Мин Цзяцзя и очаровательная Нин Юйсинь. Они с комфортом сидели или полулежали и смотрели на большом плазменном телевизоре один из фильмов, созданных еще в прежнем мире. В комнате было тепло и свежо, несмотря на уличную прохладу.

Не следя за происходящим на экране, Юэ Чжун рассеяно погладил легко одетую Нин Юйсинь и со вздохом пробормотал себе под нос:

— Черт, как же трудно иметь дело с людьми других национальностей…

В том же Гуйнине хоть и были такие же нестабильные элементы в обществе, они все равно не шли в сравнение с Лангшоном и Тайюанем, которые заставляли его беспокоиться. Если в один прекрасный день вьетнамские жители, коих насчитывается почти 200 000, взбунтуются, то последствия будут катастрофическими. Не может же Юэ Чжун просто взять и вырезать такое количество людей.

Между тем красивое лицо Нин Юйсинь из-за ласк Юэ Чжуна немного покраснело. Девушка она чувствительная, а после того как смирилась со своей участью, стала еще более восприимчива к Юэ Чжуну.

— Почему трудно? Ведь есть решение, – услышав его вздох, с улыбкой проговорила Му Сянлин, которая, словно котенок, свернулась в клубок рядом с ним.

— Решение? – с загоревшимися глазами спросил Юэ Чжун.

Несмотря на свой возраст, дочка Синь Цзяжоу была весьма сообразительной и не по годам зрелой.

— Когда европейцы прибыли в Северную Америку, они начали истреблять все живое, уничтожая местных аборигенов на корню. И вот после того как они перебили почти все племена индейцев, земля стала полностью принадлежать им, и они назвали ее своей. С полным правом завоевателей они создали потом свою страну.

Хоть Му Сянлин и говорила с некоторой ленцой, она тем не менее испускала сильную жажду крови. Пройдя через ужасы начала апокалипсиса, и до недавнего времени с трудом сводя концы с концами, она в полной мере ощутила непостоянство человеческих сердец и их темную сторону. По этой причине Му Сянлин была абсолютно равнодушна ко всем, кроме самых близких людей.

— Что за глупый и дурацкий совет?! – первой возразила ей Мин Цзяцзя, главная ее соперница. – Если следовать твоим словам, то брату Юэ Чжуну нужно убить всех выживших в Лангшоне и Тайюане? Тогда какой вообще был смысл прикладывать столько усилий, чтобы завоевать их?

— Это не подходит, – также отказал Юэ Чжун, ущипнув слишком кровожадную девочку.

Убийство всех вьетнамских выживших – самая плохая идея среди всех плохих. Ведь в этом случае Юэ Чжун не только потеряет огромное количество трудовых ресурсов, но всколыхнет мятеж Чэнь Шэнъюна и его людей. Кроме того, в местной армии китайские и вьетнамские солдаты и специалисты уже довольно плотно взаимодействуют между собой, поэтому геноцид станет весьма дестабилизирующим фактором.

Если бы Юэ Чжун контролировал весь Китай и имел все ресурсы страны, то подобное не стало бы большой проблемой. Однако он был всего лишь обычным, хоть и немного удачливым полевым командиром, захватившим некоторую часть территорий родного государства, поэтому если он совершит деяние, способное «разгневать небеса и всколыхнуть людей», то ему останется лишь вернуться с пустыми руками домой.

[еще больше глав на сайте darklate.ru]

— Тогда другое предложение, – посмотрев на Мин Цзяцзя и назло ей положив голову на колени Юэ Чжуна, Му Сянлин с закрытыми глазами сказала: – Можно понизить всех вьетнамских выживших до положения рабов, и после этого за какие-нибудь заслуги повышать некоторых из них до обычных граждан, бросая им что-нибудь в качестве награды. Это заставит их бороться между собой, и среди них начнутся распри. Разве нас не устроит, если у них будут внутренние трения и борьба? И для победы в этой борьбе им нужна будет внешняя помощь, а единственные, кто может предоставить ее, а также необходимые ресурсы, это мы, и независимо от того, какая сторона победит, они будут зависеть от нас. К тому же, имея возможность повышать рабов до уровня обычных граждан, мы сможем заставить их трудиться усерднее, если конечно они хотят избавиться от рабства.

Юэ Чжун задумался, так как идея была не плоха. Ее уже использовали европейские страны в период колониального правления отдаленными регионами Африки, Америки и Азии. Провоцировать одну группу местных жителей на борьбу с другой – этот метод использовался и в современном мире вплоть до начала апокалипсиса. Этот способ очень прост, и ему сложно сопротивляться, ведь когда дело доходит до личных интересов, то глубокие родственные и дружеские отношения отходят на второй план.

Что касается рабства, то семьи всех побежденных противников Юэ Чжуна уже снижены до рабства, а чтобы понизить и остальных, то нужно лишь придумать повод.

— Есть еще какие-то идеи? – спросил Юэ Чжун, ласково потрепав маленькую ведьму по голове.

— Переселение! – гордо сказала Му Сянлин. – Большая иммиграция. Вьетнамских выживших из Лангшона и Тайюаня переселить в Гуйнин, а часть жителей Гуйнина во Вьетнам. В результате этого вьетнамцы станут меньшинством и попадут в невыгодное положение, и со временем они будут ассимилированы. Такой метод срабатывает только в случае не очень больших групп населения. Если бы такое происходило в прошлом мире, где люди исчислялись миллионами, то  крупномасштабное переселение было  бы практически невозможно. Только сейчас, в эпоху смуты, мы сможем устроить переселение.

Юэ Чжун еще крепче задумался. Му Сянлин довольно подробно описала ситуацию, и действительно иммиграция в нынешних условиях апокалипсиса вполне возможна. Ведь покуда он контролирует еду, то сможет заставить людей переехать туда, куда скажет, если они конечно не хотят умереть с голода, а на крайний случай есть оружие и армия. Если бы Юэ Чжун попытался силой переселить людей в прежнем мире, то немедленно встретился бы с международными «страшными валами и яростными волнами».

— Смышленая Сянлин, я горжусь тобой! Вот твоя награда, – в глазах Юэ Чжуна промелькнула признательность, когда он наклонился и нежно поцеловал ее в лоб.

— Лоликонщик! Извращенец! – довольно ухмыльнулась маленькая ведьма.

[глава подготовлена для сайта darklate.ru]

Юэ Чжун, последовав совету Му Сянлин, начал переселение части вьетнамских выживших из Тайюаня и Лангшона на территорию китайской провинции Гуанси, одновременно с этим оттуда во Вьетнам были направлены китайские выжившие, которые должны были заменить вьетнамцев на местных предприятиях и производствах.

Благодаря увеличению числа китайцев и соответствующему уменьшению вьетнамских выживших, ситуация в Лангшоне и Тайюане медленно начала стабилизироваться – горожане становились более лояльны к власти.

После нормализации положения в Лангшоне Юэ Чжун вместе с Синь Цзяжоу и боевым отрядом в тридцать мастеров выше 40-го уровня отправился в Тайюань, откуда двинулся дальше к столице Вьетнама Ханою. По направлению к Ханою должно находиться два военных арсенала, которые он и хотел проверить. Несмотря на то, что в его распоряжении имелось достаточно войск, Юэ Чжун по-прежнему опасался снежных метелей, поэтому не брал много людей, предполагая, что и с таким отрядом сможет зачистить два склада.

— Снег! Так красиво! – носилась по нетронутым снежным сугробам Му Сянлин, которая в розовом пальто и с двумя косичками, обрамлявшими ее чистое и немного раскрасневшееся лицо, выглядела как прекрасная снежная эльфийка.

Дочь Синь Цзяжоу прожила всю жизнь в китайской провинции Гуанси, где крайне редко можно было увидеть снег, поэтому сейчас она не могла нарадоваться этому безупречно белому и чистому снегу.

— Как маленькая! – прошептала Мин Цзяцзя, глядя на резвившуюся Му Сянлин. Будучи примерно одного возраста, она опасалась, что эта маленькая ведьма заберет внимание и любовь обожаемого мастера.

Юэ Чжун также вышел из машины и сейчас с улыбкой смотрел на непосредственную девочку, радовавшуюся белому снегу. Следом за этим наружу выбрались Синь Цзяжоу и Нин Юйсинь, и встали рядом с ним. Три десятка хорошо обученных и опытных экспертов также были здесь, выступали телохранителями Юэ Чжуна и его женщин.

Бах! Бах!

Внезапно до них начали долетать звуки выстрелов, быстро переросших в ожесточенную перестрелку. Из-за приближавшихся выстрелов стало очевидно, что кто-то кого-то преследует, и они постепенно приближаются.

— Всем, удерживать позиции! – приказал нахмурившийся Юэ Чжун. – Я пойду, посмотрю, что там происходит. Синь Цзяжоу, следуй за мной, – и он тотчас понесся на звуки выстрелов, а следом за ним и женщина.

Скоростной Эвольвер Синь Цзяжоу, мать Му Сянлин, на данный момент была 33-го уровня и имела два навыка 2-го ранга. Один из них – «Молниеносность» – она получила после своей эволюции, а второй – пассивный «Увеличение ловкости» – был недавно улучшен Эликсиром Эволюции Оу-Мина №1. Если бы женщина не имела относительно низкий уровень, то она абсолютно точно была бы самым быстрым экспертом из всех подчиненных Юэ Чжуна.

— Командир действительно отнимает нашу работу, – с улыбкой проговорил один из тридцати мастеров.

— Эй, ты должен был уже привыкнуть к этому, – также со смехом ответил другой. – Наша основная миссия здесь – это защита мэра Мин.

О выдающейся силе и мощи Юэ Чжуна знали все его подчиненные, они открыто признавали его первым мастером, который к тому же всегда сражался на передовой, чем заслужил глубокое уважение и почтение солдат.

Между тем в лесу, откуда раздавались выстрелы, несколько десятков боевиков с различным оружием в руках преследовали шестерых мужчин и двух женщин.

— Бай Янь, – кричал невысокий лидер отряда преследователей в сторону беглецов, – передай маленькую мисс мне! Если ты это сделаешь, то я отпущу тебя живым!


Предыдущая | Следующая