Глава 358. Личные идеалы

Предыдущая | Следующая


Поздравляем, Вы получили 1 пункт духа!

Прозвучало такое уведомление, когда Юэ Чжун открыл глаза. После захвата города Лунтэн у него наконец-то появилась возможность по-настоящему отдохнуть, поэтому он решил съесть Жемчужный фрукт, поручив скелету охранять его. Съев уже пятый плод, он в общей сумме увеличил свой дух на 20 пунктов.

«Это предел?» — подумал Юэ Чжун и, взяв еще один фрукт, съел его. Однако хоть по телу и прошел прохладный поток энергии, его характеристика Духа больше не увеличилась.

— Позови ко мне Шэнь Цзяньгуана, — сказал Юэ Чжун.

— Да, Мастер, — кивнув, Мин Цзяцзя вышла из комнаты, и вскоре вернулась вместе с лидером роты пограничников.

— Шэнь Цзяньгуан, — пронзительно посмотрев на него, Юэ Чжун спросил, — Месяц прошел, что вы решили? Вы остаетесь или уходите? Если вы решитесь уйти, то, так как вы помогали обучать моих людей, я готов дать вам продовольствия на 5 дней, а также 5 автоматов «Тип 81» и 100 патронов.

Сегодня уже месяц прошел, как Юэ Чжун захватил город Лунтэн, и все это время он в очень жестком режиме тренировал два своих батальона. Его армия состояла из выживших, которых очень сильно помучили вьетнамцы, поэтому они смогли стойко выдержать такую суровую подготовку. В то же время он кормил их мясом 2-го типа, что помогало им быстро восстанавливать потраченную энергию, а также довольно сильно укреплять свои тела. После столь интенсивного обучения два батальона уже начали демонстрировать признаки надлежащей армии. Хоть они и были еще далеки от настоящих военных, его людей уже можно было сравнить с солдатами, прошедшими годичную подготовку.

Новые солдаты Юэ Чжуна упорно тренировались, но им до сих пор не хватало боевого опыта и, когда они наконец-то пройдут сквозь горнило войны, вот тогда и станут элитными войсками. Именно потому, что его войска уже были обучены, настроение Юэ Чжуна было хорошим, и он готов был отпустить роту пограничников. Все-таки силой удерживать их было не вариантом, потому что в этом случае недовольство и неприязнь будут только расти. Да они еще могут нанести удар в спину, что станет проблемой, как уже было ранее с фракцией масонов.

— Юэ Чжун, — посмотрев на него прямым взглядом, ответил Шэнь Цзяньгуан, — Я хотел спросить, что за дела с рабами?

Среди войск Юэ Чжуна были штрафбат и женский батальон, которых не существовало в прежние времена. Но помимо них существовали и рабы, к которым относились члены семей предателей и вьетнамцев, которые устраивали безумные бойни китайцев.

— Они являются членами семей предателей и вьетнамцев, убивавших китайцев ради развлечения, — также прямо ответил Юэ Чжун, — Тебе это должно быть известно.

— Изменники и вьетнамцы, участвовавшие в резне китайцев, были виновны, это не вызывает сомнений. Вы можете их убить или отправить в штрафбат, с этим нет никаких проблем, — уставившись на Юэ Чжуна, Шэнь Цзяньгуан праведным тоном заявил, — Но члены их семей не виновны! Не являются ли ваши меры слишком жестокими?

Командир роты всегда был прямолинейным человеком, поэтому хоть Юэ Чжун и был правителем города и мог легко приказать убить его, он все же, не колеблясь, требовал ответа в соответствии со своими принципами.

— Не виновны? – холодно посмотрев на него, спросил Юэ Чжун, — Когда изменники хотели предать, почему никто из их семей не остановил их? Когда эти вьетнамцы участвовали в убийствах китайцев, почему их близкие родственники не отговорили их? Знаешь почему? Потому что в случае успеха бунта все досталось бы им, а члены их семей получили бы часть власти и смогли бы наслаждаться этим. Что касается вьетнамцев, не их ли семьи пользовались всем, что было отобрано у китайцев? Если ты такой праведник, — продолжил он уже равнодушно, — То возьми своих собратьев и отправляйся во Вьетнам. Бесчисленное количество китайцев ждут, когда ты их спасешь!

Если бы рота пограничников вошла в состав его войск, то это стало бы лучшим вариантом развития событий. Тем не менее, раз они помогли в подготовке его новых отрядов, то Юэ Чжун не будет их останавливать,  если они захотят уйти.

— Прекрасно! Тогда я уведу своих людей, — Шэнь Цзяньгуан тоже был вспыльчивым человеком, поэтому повернулся и, больше ничего не говоря, ушел.

Проводив его взглядом, Юэ Чжун вздохнул и покачал головой. Лидер пограничников действительно был праведником и нравственным солдатом, но нынешняя эпоха не была его временем, да и к тому же он уже был в конфликте с Юэ Чжуном.

— Должна ли я позаботиться о нем? – спросила Мин Цзяцзя, проводив Шэнь Цзяньгуана колючим взглядом. Ей достаточно было вызвать Волка Тени, и тот смог бы легко убить обычного человека, каким он и являлся.

— Нет, не надо, — снова вздохнул Юэ Чжун, — До тех пор, пока он не стал врагом, мы не должны его затыкать. Он праведный человек, и чем больше таких людей, тем лучше для всего мира. Просто он имеет другие взгляды.

Юэ Чжун был из тех, кто не будет отказываться от каких-либо средств для достижения своих целей, и жил по принципу «око за око, зуб за зуб». Тем не менее, он не испытывал отвращения или неприязни к людям, которые были праведными и придерживались морали. Конечно, только до тех пор, пока они не встали у него на пути, в таком случае он не будет относиться к ним лучше, чем к другим.

Мин Цзяцзя посмотрела на него с несколько понимающим выражением и, преклонившись перед ним, осторожно стала массировать ему ноги.

 

Вернувшись в расположение пограничной роты, Шэнь Цзяньгуан собрал своих солдат и сказал им:

— Мы уходим!

Услышав его слова, вся рота забурлила, повсюду начались разговоры и раздавались голоса.

— Старший Шэнь, — обратился к нему Чжан Чжи, один из командиров взводов, — Что случилось? Юэ Чжун гонит нас прочь?

— Нет, он этого не делал, — честно ответил лидер роты, — Он вызвал меня сегодня и спросил, хотим ли мы остаться или уйти. Если мы решились бы остаться, то должны были бы слушать его приказы и присоединиться к его войску. Если же мы захотим уйти, то он не станет нас останавливать и более того даст пять автоматов и 100 патронов и каждому еды на пять дней.

— Командир, тогда почему мы уходим? – сразу же спросил другой солдат, — Юэ Чжун убил этого ублюдка Чэнь Ляна, и неплохо относится к жителям города. Пока люди готовы работать, они могут получать хорошую еду. Мы сами получаем достаточно продовольствия, и даже мясо и овощи. Если же мы уйдем, то куда нам идти?

— Да!

Несколько солдат поддержали выступившего. Находясь под командованием Юэ Чжуна, они хоть и прошли через адские тренировки, которые были куда суровее прежних, пограничники также получили свою порцию мяса и других продуктов, в том числе и лучшее мясо 2-го типа, способное значительно укрепить их тела, сейчас они обладали намного более совершенным телосложением. Поэтому многие из них не хотели уезжать.

— Что за галдеж вы подняли?! – лицо Шэнь Цзяньгуана исказилось, — Просто немного мяса и нормальной еды может вас купить, парни? Вы должны помнить, что вы солдаты нашей страны! Разве вы не видели тех рабов? Ведь это возрождение рабовладельческого строя, который уже был признан как безнравственный и аморальный режим! Юэ Чжун войдет в историю как разжигатель войны, и вы, солдаты родины, хотите присоединиться к нему в его преступлении?

Видя, что командир роты разгорячился, все остальные немного успокоились. Он был прямолинейным и нравственным человеком, и имел хорошую репутацию среди своих братьев. Тем не менее, командир взвода Чжан Чжи, помолчав немного, поднял голову и сказал:

— Старший Шэнь, если вы хотите уйти, то уходите сами. Я не уйду! Я хочу остаться. Цель армии – защита граждан, и пока они здесь, армия также должна оставаться здесь. Я хочу остаться, чтобы защищать жителей города Лунтэн. До тех пор, пока Юэ Чжун не вредит горожанам,  я готов подчиняться его приказам!

— Понятно, — посмотрев на него довольно продолжительное время, Шэнь Цзяньгуан со вздохом сказал, — Те, кто хочет уйти со мной, подходите. Те, кто хочет остаться, перейдите на сторону комвзвода Чжана.

Многие солдаты замешкались и задумались на какое-то время, прежде чем наконец-то сделать выбор. И большинство перешло на сторону Чжан Чжи, в то время как только шесть человек направилось к командиру Шэнь, однако двое из них по пути передумали и все же решили остаться.

В современном мире до сих пор было очень много обыкновенных людей, и эти солдаты также хотели жить обычной мирной жизнью. По сравнению с неизвестностью, в которую отправляется Шэнь Цзяньгуан, многие выбрали безопасность города. В конце концов, Юэ Чжун был китайцем, поэтому солдаты не возражали подчиняться ему.

Командир роты, осмотрев солдат, медленно и глубоко вздохнул и, больше не оборачиваясь, повел четверых бойцов прочь из расположения отряда. Чжан Чжи, смотря ему вслед, молча отдал воинскую честь.

 

Вскоре после ухода Шэнь Цзяньгуана в лагерь роты пришел Юэ Чжун и, увидев, что осталось больше сотни солдат, с небольшой усмешкой проговорил:

— Так вы решили остаться.

— Так точно, командир! – посмотрев на него, глаза Чжан Чжи вспыхнули решительностью, — Мы готовы подчиняться вам!

— Мы готовы следовать приказам командира! – четко и слаженно прокричали солдаты, каждый из которых решительно закалил свое сердце для служения новому командиру.

— Хорошо, — улыбнулся Юэ Чжун, — Чжан Чжи! С этого момента вы заместитель командира 1-го батальона! Усердно работай!

— Так точно! – сердце Чжан Чжи забилось от радости.

Юэ Чжун создал два батальона, один из которых, названный 1-м, подчинялся непосредственно ему. Все снаряжение, все трудовые и материальные ресурсы в первую очередь направлялись туда. Полевым командиром 1-го батальона был назначен Вэй Нинго, который хоть и был не самым лучшим командиром, следовал за Юэ Чжуном долго и преданно, но кроме своей личной силы со всем остальным у него было плохо. Однако же, зная о своих слабостях, он всегда прислушивался к окружающим, и это было его хорошим качеством. Поэтому с таким командиром Чжан Чжи станет практически главным, что и делало его очень счастливым. Он наконец-то станет старшим офицером и осуществит свою давнюю мечту, которая была бы невозможна в прежнем мире.


Предыдущая | Следующая